Подписаться Вход Регистрация
STOP-NEWS.COM - Новости со всего мира | Новости за 24 часа
среда, 7 декабря 15:49

Леонид Васильевич Соболев - История открытия инсулина

Леонид Васильевич Соболев

Об авторе

Михаил Ахманов (Нахмансон Михаил Сергеевич) - член Союза писателей Санкт-Петербурга, по образованию физик, кандидат физ-мат. наук. На протяжении последних двадцати лет плодотворно работает в жанрах приключенческого, фантастического, исторического романа, переводит зарубежную фантастику, пишет научно-популярные книги. На его счету несколько десятков романов, вышедших в 1992-2014 гг, многие из которых не раз переиздавались. Ахманов также известен как автор, совместно с врачом Астамировой, учебника для людей с диабетом, который регулярно дополняется и выпускается уже 17 лет (суммарный тираж около 400 000 экз). Член Приемной комиссии Союза писателей Санкт-Петербурга, ведет активную общественную деятельность - выступления в школах, библиотеках, лекции для людей с диабетом и т.д. Опубликовал ряд статей по истории лечения сахарного диабета. Награжден премией имени А.Беляева, 2002, золотым знаком изд-ва \"Эксмо\", 2007, премией имени Гоголя, 2009, почетным знаком \"Вместе мы сильнее\" Российской Диабетической Ассоциации, 2011. Сайт www.akhmanov.ru (см. также Википедию “Михаил Ахманов”).


ЛЕОНИД ВАСИЛЬЕВИЧ СОБОЛЕВ, 1876–1919 - История открытия инсулина

Журнал \"Диабет. Образ жизни\"

Леонид Васильевич Соболев несомненно был гением. Но, как некоторые талантливые люди, озаренные искрой Божьей, человеком скромным и замкнутым; возможно, причиной последнего стала болезнь, случившаяся с ним в молодые годы. Мы знаем о Леониде Соболеве немногое – странным образом он почти выпал из плеяды великих русских ученых, о нем не создано книг, очень мало сведений в Интернете, и писавших о нем авторов можно перечесть по пальцам одной руки. Он совершил важнейшее открытие – экспериментально доказал, что именно островки Лангерганса в поджелудочной железе секретируют некий гормон, \"фактор Х\", регулирующий сахар крови, который впоследствии назовут инсулином. Его научная деятельность была связана с петербургской Военно–медицинской академией (ВМА): в 1897 г.) он закончил с отличием это учебное заведение и был оставлен адъюнктом по кафедре патологической анатомии, в 1901 г. защитил докторскую диссертацию, в 1904 г. получил звание прозектора, а затем – приват–доцента по той же кафедре. Он преподавал в академии до 1912 года и, кажется, не пытался извлечь из своего открытия какую–либо практическую пользу – например, создать инсулин намного раньше, чем это сделали Ф.Г. Бантинг и Ч. Бест. Он страдал неизлечимой болезнью – рассеянным склерозом, и в 1912 г. вышел в отставку, не в силах более исполнять свою должность. В 1919 г., в год разрухи и голода в Петрограде, Соболев скончался в клинике нервных болезней ВМА на сорок третьем году жизни. Точные даты его рождения и смерти по каким–либо историческим источникам мне установить не удалось. В архиве ВМА о нем практически не сохранилось сведений, только несколько фотографий. В дальнейшем писали о нем немногие. Большая часть публикаций 1926–1950 гг. принадлежит профессору Д.М. Российскому (1887–1955), заботами которого диссертация Соболева была переиздана в 1950 году [1]. Российский также сопроводил ее предисловием [2], в котором описано значение работ Соболева, указаны даты его рождения и смерти 1876–1919 гг. (без дня и месяца), и нет практически ничего о личной жизни и судьбе выдающегося ученого. Скудные сведения о нем (одна страница) сообщаются в [3] и в статьях академика В.Г. Баранова (1900–1988) и профессора С.Г. Генеса (1898–1992), опубликованных в 1949 г. в журнале «Клиническая медицина». Профессор Л.С. Салямон (1917–2009) рассматривает историю «почти открытия» инсулина Соболевым как пример великого, но невостребованного достижения отечественной науки [4]. Ничего нового, сравнительно с предисловием Д.М. Российского [2], не добавляет недавно вышедшая статья Л.А.Сорокиной [5]. В другой статье, также из самых последних – Г.А. Мельниченко с соаторами [6] – сообщаются точные даты рождения и смерти Соболева: 27 февраля 1876 – 16 марта 1921, причем последняя дата отличается от приведенной у Российского [2]. В книге профессора В.Н.Цыгана [7], основную часть которой составляют труды А.И. Яроцкого, также кратко упоминается Леонид Соболев. В дополнение к диссертации Соболева в [1] дана справка «Curriculum vitae», что в переводе с латинского означает «Жизненное поприще». Привожу ее полностью:

«Леонид Васильевич Соболев, сын чиновника, православного вероисповедания, родился в Трубчевске Орловской губернии в 1876 г. Среднее образование получил сначала в Карачевской (Орловской губернии) прогимназии, а затем в Новгород–Северской (Черниговской губернии) гимназии, курс которой окончил в 1893 г. В том же году поступил на I курс Императорской военно–медицинской академии. С 1896 г. занимался нормальной гистологией и главным образом патологической анатомией под руководством профессора К.Н. Виноградова. В 1897 г. за представление конференции академии сочинения: «К вопросу о ретенционных слизистых кистах толстых кишок» удостоин премии имени профессора, д. ст. сов. Т. Иллинского. В 1897 г. Соболев окончил курс академии со званием «лекаря с отличием» и по конкурсу оставлен на 3 года при академии для усовершенствования в избранной специальности – патологической анатомии. Вначале, кроме того, занимался и в клинике профессора В.Н.Сиротинина из практических соображений. Но вскоре, через 2 месяца, оставил занятия в клинике, находя такое совмещение для себя непосильным, и посвятил себя теоретической специальности. Экзамены на степень доктора медицины сдал в 1899/1900 учебном году».

Далее следует список из трех научных работ, включая диссертацию, с указанием, что предварительное сообщение о ней было напечатано в «Еженедельнике практической медицины» N 7 за 1900 г. и на немецком языке в «Centralblatt fűr allgemeine Pathologie und pathol. Anatomie», 1900, N 6–7. Получив степень доктора медицины, Соболев был послан в двухлетнюю зарубежную командировку, в чем ему содействовал Иван Петрович Павлов (1849–1936), считавший его своим учеником. Процитирую мнение Павлова о Соболеве (по предисловию [ 2 ]): «...беседуя с Соболевым по поводу его работы, я был поражен массой мыслей и глубокой вдумчивостью в затронутых им вопросах... Соболев производит на меня впечатление выдающейся личности». Такой отзыв великого физиолога дорогого стоит! К сожалению, не известно, в каких странах побывал Соболев, где стажировался, с какими учеными контактировал. Можно предположить, что он был в Германии, медики которой являлись в те времена ведущими специалистами в части изучения и лечения диабета. Кажется несомненным, что Соболев хорошо владел немецким языком, так как его статьи, начиная с 1900 года, регулярно публикуются в медицинских журналах Германии, включая такое престижное издание, как «Вирховский Архив» («Virchows Archive») . Вернувшись на родину в 1903 г., он, как говорилось выше, был вскоре назначен прозектором кафедры патологической анатомии ВМА, а затем избран приват–доцентом.

Обратимся теперь к его диссертации, которую он защитил в 1901 г., в возрасте 25 лет. Она называлась так: «К морфологии поджелудочной железы при перевязке ее протока, при диабете и некоторых других условиях». Данный труд лежит в основе всей современной диабетологии, и Д.М.Российский в предисловии [2] дает краткий обзор этой работы. Я хочу остановиться на ней подробнее. Меня, представителя точных наук, восхищает, насколько Соболев тщателен и логичен в своих исследованиях. Не меньшее восхищение вызывают и его трудолюбие и знание литературы по предмету. Работа состоит из двух частей – экспериментальной (патофизиологической) части (70 страниц) и части патологоанатомической (50 страниц). В первой части Соболев формулирует свою гипотезу (здесь и далее цитируется по [1]): «Применяя перевязку протока поджелудочной железы, я должен был бы ожидать атрофии ее пищеварительного аппарата, островки же Langerhans\'а, если только они представляют собою отличные от пищеварительного аппарата и анатомически, и функционально элементы, должны уцелеть».

Этот вывод являлся лишь одним из полученных важных результатов; были и другие, и чтобы осмыслить их, коснемся устройства поджелудочной железы. Данный орган выполняет двойную функцию: основная масса железы выделяет пищеварительный или панкреатический сок (секрет или фермент), а островки Лангерганса с четырьмя типами клеток – ее «эндокринологическая часть», целая биохимическая фабрика, источник жизненно важных гормонов, в том числе – инсулина. Инсулин поступает в кровь, а пищеварительный фермент направляется по специальному протоку в двенадцатипёрстную кишку. Соболев показал, что если этот проток перевязать, исключив или ослабив тем самым первую функцию органа, то железа начинает атрофироваться, но при этом островковый аппарат остается целым и продолжает секретировать «фактор Х» – то есть инсулин. Если взять обычную поджелудочную железу, то из ее ткани трудно выделить инсулин в чистом виде, и сегодня причина для нас ясна: инсулин – это белковое соединение, которое разрушается пищеварительным ферментом. А результирующий экстракт обязательно содержит этот фермент, причем в больших количествах – ведь его производит основная масса железы. Но перевязка протока ведет к тому, что первая функция железы отмирает, сока в ней нет или почти нет, а относительная доля инсулина повышается – и значит, из такой железы гораздо легче выделить необходимый гормон.

Итак, Соболев выполнил операцию, в результате которой из атрофированной железы животного можно было извлечь инсулин. Однако хирургическая операция – слишком сложный способ, неудобный для массового производства лекарства, и, понимая это, Соболев пошел в своих исследованиях гораздо дальше. Он предложил получать инсулин из поджелудочной железы телят, поскольку у них, как у ряда других новорожденных животных и человеческих младенцев, островки Лангерганса хорошо развиты, тогда как пищеварительные клетки, продуцирующие панкреатический сок, работают еще не на полную мощность. Следовательно, в железе молодого животного – например, теленка – много инсулина и мало сока; она – естественный источник «фактора Х», не требующий предварительного хирургического вмешательства.

Почему же источником лекарства были названы именно телята? Из чисто практических соображений: сырье должно поступать в больших количествах и брать его нужно на бойне, где забивают не каких-нибудь экзотических животных, а свиней и крупный рогатый скот. При этом телят забивают гораздо чаще, чем молочных поросят, и железы у них гораздо крупнее – вот те причины, по которым в мире первым появился именно говяжий инсулин.

Свою гипотезу Соболев доказал экспериментально, перевязав протоки без малого у сотни животных и исследуя, как изменились их железы через день, два, пять и так далее, до ста и двухсот дней. Эксперименты проводились на кроликах (27 животных), собаках (14 животных), кошках (12 животных), быках, телятах, баранах, свиньях и даже птицах. Соболев подробно описывает методику операций и каждый опыт, строение желез у каждой породы подопытных животных, даже указывает, что профессор И.П. Павлов оказал ему любезность, лично прооперировав трех кроликов. На заключительном этапе проводились микроскопические исследования, полностью подтвердившие его гипотезу: «Во всех опытах повторяется по существу одно и то же явление, а именно атрофия паренхиматозных элементов железы, за исключением островков Langerhans\'а». После этого вывода следует подробный обзор предыдущих работ, начиная с Клода Бернара (1856 г.) и П. Лангерганса; упоминаются труды И.П. Павлова, Й. фон Меринга и О. Минковского, Г.-Э. Лягесса, А.И. Яроцкого и других. В этой части также описаны опыты с пересадкой части железы собаки под кожу брюшины и микроскопическое изучение желез человеческого плода, новорождённого и десятимесячного ребенка, желез новорождённых кролика, морской свинки, теленка. Соболев пишет: «Исследование вполне подтвердило первоначальное предположение, что островки как органы внутренней секреции в утробной и в первое время внеутробной жизни будут развиты лучше сравнительно с пищеварительным аппаратом, в котором зародыш не нуждается и который поэтому развивается лишь впоследствии».

В патологоанатомической части описаны исследования людей: 18 пациентов без сахарного диабета, со склеротическими изменениями поджелудочной железы разной степени тяжести (например, из–за сифилиса или алкоголизма), и 16 случаев больных сахарным диабетом. Здесь нужно подчеркнуть, что Соболев не имел дела с живыми пациентами, а изучал железы умерших людей, то есть препараты, которыми его снабжали знакомые врачи (он называет их в диссертации поименно и приносит им благодарность). Умершие больные, от младенца до женщины семидесяти лет, чьи тела подвергались вскрытию, относились к простонародью – чернорабочие, крестьяне, солдаты, редко мещане, лечившиеся в различных больницах Петербурга (больницы Обуховская, Александровская, Петропавловская, Мариинская больница для бедных, Клинический военный госпиталь). Читая приведенные Соболевым истории болезни, невольно задаешься вопросом, где и как лечились люди дворянского и купеческого звания – например, страдающие диабетом? Мои знакомые врачи этот вопрос прояснили, сообщив, что все указанные выше больницы – заведения для неимущих, а состоятельные пациенты лечились дома, у частных докторов, или могли отправиться за рубеж. В случае летального исхода их тела, конечно, не вскрывались.

Исследовав предоставленные коллегами образцы желез пациентов, не страдавших диабетом, Соболев делает вывод: «Островки Лангерганса нормальны, т.е. у недиабетиков являются элементами весьма стойкими по отношению к различным вредным влияниям, во всяком случае, гораздо более стойкими, нежели пищеварительный аппарат железы». В отношении больных диабетом он отмечает изменения островкового аппарата и пишет: «В моем распоряжении имелись поджелудочные железы от 15 случаев диабета и от одного случая остро протекавшей гликозурии». И далее: «При указанной болезни островки как раз являются элементом очень нестойким». Затем следует обзор работ на тему связи диабета с островковым аппаратом и, в частности, критика воззрений великого Клода Бернара.

Анализируя работы Соболева, нельзя не упомянуть его однокашника по ВМА, крупного российского медика Александра Ивановича Яроцкого (1866–1944). Судьба Яроцкого сложилась удачнее, он прожил долгую жизнь, внес вклад во многие разделы медицинской науки, включая эндокринологию, и по праву считается предшественником Соболева. Докторская диссертация, которую он защитил в ВМА в 1898 г., переиздана в [7] вместе с очерком его творческой биографии и комментариями, подготовленными профессором В.Н. Цыганом. Один из главных выводов диссертации гласит (цитируется по [7]: «Островки Лангерганса не представляют из себя видоизменения обыкновенных долек поджелудочной железы. Это самостоятельные органы, заложенные в толщу железы. Они участвуют в ее секреторной деятельности, насколько можно судить по гипертрофии прилегающих к ним долек и богатству их зимогенной зернистостью, наблюдаемых при некоторых условиях».

К 1912 году Соболев опубликовал еще несколько работ о патологических изменениях поджелудочной железы при диабете, причем большинство этих статей вышло в медицинских журналах Германии, став достоянием мировой науки. Важность его публикаций трудно переоценить – ведь он не только выяснил функцию островков Лангерганса, но и указал вполне реальный способ производства животного инсулина. Казалось бы, еще немного, и инсулин будет открыт в самом начале XX столетия, и тысячи жизней будут спасены... . Но этого не случилось. Это произошло лишь через двадцать лет, и не в России, не в Петербурге, а в канадском городе Торонто, где Ф.Г. Бантинг и Ч. Бест в муках и сомнениях повторили то, о чем знал, что предвидел русский ученый Леонид Соболев.

Возникает вопрос: почему? Почему Леонид Соболев не приготовил первым в мире инсулин из телячьей железы и не начал продлевать жизнь диабетикам, получив за это Нобелевскую премию? Помешала болезнь? Но, несмотря на рассеянный склероз, он с успехом преподавал восемь лет в ВМА и занимался научной работой – это отражено в двух десятках его статей, посвященных не только островковому аппарату, но и другим вопросам (см. полный список в [1]). Скорее всего, болезнь была ни при чем, а главную роль сыграли другие обстоятельства. По этому поводу можно выдвинуть три гипотезы.

Предположение первое состоит в том, что, как отмечает известный немецкий ученый П. Тренделенбург в [8], «...его замечательные практические предложения по получению вещества из островкового аппарата поджелудочной железы остались незамеченными, поскольку лабораторная техника и методы химических исследований были еще недостаточно развиты для их осуществления». Это вполне вероятно. Как показал опыт Ф.Г. Бантинга и американских врачей в 1921–1922 гг., нельзя проверить действие инсулина без регулярных анализов сахара крови. Для такого определения в 1910 г. требовалось 20 мл крови (почти полторы столовые ложки), а в 1920 г. анализ могли проводить по дозе 0,2 мл, то есть он стал практически реальным. С другой стороны, видный американский эндокринолог Сэм Вентворт [9] поведал мне историю о женщине, страдавшей диабетом и заброшенной во время Второй мировой войны в Китай, где никакого инсулина не было. Не обладая познаниями в химии и не имея какого–либо оборудования, она научилась готовить инсулин из поджелудочных желез кроликов и спасла свою жизнь. Возможно, это оказалось бы не таким уж неосуществимым делом даже в начале XX века?

Предположение второе принадлежит Л.С.Салямону [4]. Он пишет, что в конце XIX – начале XX веков в европейской диабетологии господствовала ошибочная теория Клода Бернара (1813–1878), считавшего, что диабет – нервная болезнь, влияющая на печень и побуждающая ее выбрасывать сахар в кровь. Бернар полагал, что поджелудочная железа вырабатывает только пищеварительный фермент, и не приписывал ей никакой иной роли в обмене веществ. Сторонниками этой теории были начальник ВМА выдающийся патофизиолог профессор В.В. Пашутин и его ученики, включая профессора К.Н. Виноградова, под руководством которого Соболев и выполнял свою диссертационную работу. Салямон пишет, что «...ученые Военно–медицинской академии проблемой диабета активно интересовались, сами ее исследовали и не заметили, как их ученик эту проблему решил». И не без сарказма добавляет: «Маловероятно, что исследование Соболева могло доставить большое удовольствие главным отечественным авторитетам, занимавшимся проблемой диабета. Соболев показал несостоятельность направления их многолетних работ. В своей диссертации Л.В. Соболев хотя и в корректной форме, но достаточно убедительно критикует гипотезу «гениального исследователя» Клода Бернара и упоминает В.В. Пашутина, т.е. учителя своего учителя и начальника академии, как сторонника ошибочной концепции».

Итак, нельзя исключить, что Соболев пал жертвой аксиомы «начальник всегда прав». По мнению Салямона, он не имел возможности довести свое открытие до логического конца, ибо такая возможность предполагает наличие средств – лабораторной техники, экспериментальных животных, помощников и финансирования работ. Иными словами, слишком умного Соболева «зажали» и сделали это очень прочно. Комментируя данную ситуацию, Салямон пишет: «Работа Л.В. Соболева на его родине прошла настолько бесследно, что его имя в отечественных изданиях, как правило, не упоминалось. Имя Л.В. Соболева стало у нас известным после появления второго тома эндокринологического руководства «Гормоны», написанного П. Тренделенбургом. Добросовестный анализ истории открытия инсулина заставил Тренделенбурга подчеркнуть, что все основные положения работы Ф.Г. Бантинга за 20 лет до этого были сформулированы Л.В. Соболевым».

Предположение третье я рискну выдвинуть сам. На первом этапе исследования, при выполнении своей диссертационной работы, Соболев, в отличие от Ф.Г. Бантинга, вероятно не ставил задачу сотворить лечебный препарат, а занимался более общей проблемой: выяснением функции островков Лангерганса и их регулирующего влияния на углеводный обмен. Он был не лечащим врачом, а ученым–медиком, и не имел дела с живыми – пока еще живыми! – пациентами. Бантингу в Торонто такие люди, как говорится, дышали в спину. Бантинг знал, что должен приготовить лекарство; Соболев знал, что должен решить научную проблему. Возможно, если бы Соболев подвергался такому же интенсивному давлению со стороны больных, как Бантинг и окружение Бантинга в Торонто, он положил бы все силы на создание лечебного препарата. Но, кажется, подобное давление отсутствовало. Рискну предположить, что в Российской Империи той эпохи сахарный диабет был не очень распространен, и гораздо большими бедствиями грозили инфекционные заболевания – тиф, дизентерия, туберкулез. Известно [10], что в начале XX века диабет особенно часто встречался среди состоятельных людей наиболее богатых стран мира, США и Германии, что было связано, в частности, с обильным питанием. Россия в этом смысле отнюдь не процветала. Те, кто жили в скудости и ограничивали свой рацион простыми продуктами, реже болели диабетом. Этот вывод подтверждается тем, что во время войн и сопутствующего им голода число заболеваний диабетом уменьшается. Возможно, что этот недуг в России начала XX века представлял скорее академическую проблему – с учетом того, что богатые диабетики могли жить и лечиться в Германии или Франции. Это означает, что работа Соболева была не актуальной, и у него не появилось сильного стимула сменить преподавательскую деятельность на лечебную. Таким стимулом, на мой взгляд, могли быть только состоятельные пациенты и финансирование от меценатов.

Теперь рассмотрим еще один вопрос: знал ли Бантинг о работах Соболева? И если знал, почему на них не сослался? Профессор Российский упоминает об этом в [2] с явной обидой, указывая, что статьи Соболева публиковались в немецких журналах и, следовательно, были доступны самой широкой научной общественности.

Леонид Васильевич Соболев - История открытия инсулинаТитульные листы учебного пособия Л.В. Соболева (слева) и его немецких публикации 1912 г. (в середине) и первой – 1902 г . К настоящему моменту эта работа процитирована в других нерусскоязычных статьях не менее 108 раз. Не исключено, что читатели не находили и не находят ее и этих ссылок из-за своеобразной транскрипции русской фамилии, которую выбрал автор (или редакция?) – через два “S”

Дата приоритета Соболева – 3 мая 1902 г. Но канадский историк науки Майкл Блисс, автор капитального исследования [10], утверждает, что на мысль перевязки протоков поджелудочной железы Бантинга натолкнула 30 октября 1920 г. статья М. Бэррона [11], опубликованная в журнале «Хирургия, гинекология и акушерство» в 1920 г. Следовательно, о работах Соболева Бантингу не было известно. Более того, в книге Блисса – подчеркну, в книге, вышедшей уже в 1982 году (когда в мировой нерусскоязычной литературе было уже 56 цитирований приоритетной работы!) – упоминаний о Леониде Соболеве нет вообще, хотя автор подробно пишет о других ученых, претендующих на открытие инсулина (в частности, о работах 1920–1921 гг. румынского патофизиолога Николае Пэулеску). О приоритете последнего в открытии «панкреина-инсулина» тоже не прекращается полемика [12]. Что касается связи между диабетом и поражением островков Лангерганса, то эту идею, как сообщает Блисс, впервые высказал в 1901 г. врач Юджин Опи (E. Opie), работавший в университете Джона Хопкинса и опубликовавший соответствующую статью только в 1910 г. Я верю Блиссу в том, что в Америке имя Соболева находилось еще в большем забвении, чем на нашей Родине. Бантинг, вероятно, ничего не знал о его работах. В отличие от всесторонне образованного Соболева, Бантинг не читал на немецком, а статьи с французского ему переводил Бест, которому этот язык был «немного знаком», как отмечается в [10] . Так что не стоит обижаться на Бантинга. Лучше вспомним поговорку: нет пророка в своем отечестве.

О болезни Соболева у меня нет информации. Врачи говорили мне, что рассеянный склероз часто поражает молодых в возрасте 20–25 лет, так что Соболев мог заболеть во время своей зарубежной командировки или вскоре после нее. Недуг неизлечимый, страшный; он ведет к параличу, и именно в таком состоянии, почти полностью парализованным, Леонид Васильевич Соболев скончался в один из дней 1919 года. Скончался в Петрограде, в самый разгар Гражданской войны, в бывшей имперской столице, которую из-за голода покинула половина жителей. Если же это случилось в 1921 г., как указывают авторы [6], ситуация в городе была немногим лучше. Спустя почти столетие Леонид Васильевич Соболев во многом остается для нас загадочной и трагической фигурой. Да, мы представляем, что он сделал в области знания, но остальное, остальное!.. Я понимаю, что мой очерк больше ставит вопросов, чем отвечает на них. Был ли он женат, оставил ли потомков?.. Если не имел семьи, то кто ухаживал за ним – ведь из-за болезни он нуждался в помощи, особенно в свои последние годы?.. Где он жил и какой была эта жизнь, скудной или сравнительно обеспеченной?.. Какие мысли его посещали – сознавал ли он грандиозность своего свершения и злобную шутку, которую сыграла с ним судьба?.. Что думали о нем близкие люди и коллеги по работе?.. И, наконец, почему великий физиолог Павлов, имевший о нем столь лестное мнение, не пригрел его под своим крылом, не заставил довести работу до логического конца, до целительного лекарства?..

Леонид Васильевич Соболев - История открытия инсулинаЛ.В. Соболев (сидит за микроскопом в центре, в штатском) среди коллег и учеников. Более позднее фото, возможно, связанное с его чествованием или проводами в отставку.

Я полагаю, что жизнь Леонида Васильевича Соболева еще ждет своих исследователей. Взгляните на снимок – вот он в окружении своих учеников, слушателей ВМА, человек с лицом русского интеллигента, сосредоточенный, погруженный в себя, мрачноватый и, возможно, усталый... Эта (и другие фотографии, не вошедшие в данную публикацию) - очень редкие фотографии столетней давности из семейного архива петербургских медиков, профессоров Василия Николаевича Цыгана и Всеволода Александровича Цинзерлинга, которым я приношу глубокую благодарность. Всеволод Дмитриевич Цинзерлинг (1891–1960) - дед Всеволода Александровича и будущий выдающийся российский патологоанатом. До недавнего времени в русском варианте Википедии не было никаких сведений о Леониде Васильевиче Соболеве. Теперь статья о нем появилась – ее написал я, а разместил в Википедии мой коллега, опытный в такого рода делах. Я надеюсь, что специалисты, имеющие доступ к неизвестным мне документам, ее дополнят – ибо гении не должны оставаться в безвестности.

В заключение я хочу отметить почти мистическую параллель между судьбами Леонида Соболева и Пауля Лангерганса. Они оба были очень талантливыми людьми, совершили в молодости эпохальные открытия, оставались преданными науке, оба страдали неизлечимыми недугами и умерли почти в одном возрасте – Лангерганс не дожил пяти дней до 41 года, Соболев умер в 42–43 или, возможно, в 45 лет. Но Лангергансу больше повезло – он скончался на Мадейре, на прекрасном острове вечной весны, отошел в вечность на руках любимой женщины [13].

Кто пролил слезу над Леонидом Соболевым? Кто закрыл ему глаза? Кто проводил его в последний путь?

Литература

1. Соболев Л.В. К морфологии поджелудочной железы, Под ред. и с предисловием проф. Д.М.Российского М.: ГИМЛ, 1950, 160 с.
2. Российский Д.М. Л.В. Соболев и его работы по изучению островкового аппарата поджелудочной железы. Предисловие к книге Л.В. Соболева «К морфологии поджелудочной железы», М.: ГИМЛ, 1950, с. 3–12.
3. Квасов Д.Г., Федорова-Грот А.К. Физиологическая школа И.П. Павлова: портреты и характеристики сотрудников и учеников. Л.: Наука, 1967, 299 с. [О Л.В.Соболеве – на стр. 228].
4. Салямон Л.С. О некоторых факторах, определяющих восприятие нового слова в науке/Научное открытие и его восприятие, М: Наука, 1971, с. 95–114.
5. Сорокина Л.А. Леонид Васильевич Соболев (1876–1919): у истоков открытия инсулина//Артериальная гипертензия.– 2010.– т. 16.– N 5.– с. 526–528. [перепечатано: Сахарный диабет.–2013.–N 1.–с.103–105].
6. Мельниченко Г.А., Кандрор В.И., Маколина Н.П., Иванова Н.Д. К истории развития эндокринологии в России. Леонид Васильевич Соболев// Проблемы эндокринологии – 2012.–N 2.–с. 71–72.
7. Цыган В.Н. А.И. Яроцкий: на пороге великих открытий в физиологии, СПб.:Гуманистика.– 2005.– 375 с.
8. Тренделенбург П. Гормоны. Их физиология и фармакология, т. 2, М.–Л.: Медгиз, 1936.–464 с.
9. Wentworth S. The first 3500 years of diabetes, a manuscript.
10. Bliss M. The discovery of insulin. Chicago, Toronto : Univ. Press–McClelland &Stewart Ltd., 1982.– 304 p.
11. Barron M. The Relation of the Islets of Langerhans to Diabetes With Special Reference to Cases of Pancreatic Lithiasis// Surg. Gynecol. & Obstet.–1920.– v. 31.–N 5.– Pp. 437–448.
12. Чурилов Л.П. Великие антиподы // Диабет. Образ жизни.–2014.-–№4.–с. 3–8.
13. Ахманов М.С. Пауль Вильгельм Генрих Лангерганс, 1847—1888 гг., очерк жизни и деятельности// Диабет. Образ жизни.– 2013.– № 3.– с. 38–41.

Главные новости
alt

Словакия запретила у себя ислам как официальную религию

Словакия приняла законопроект, препятствующий регистрации ислама как государственной религии.

alt

Количество русскоговорящих в мире резко сокращается

По данным на 1990 год на русском языке в мире говорили 350 млн человек, сегодня - 270 млн.

alt

В ISIS воюют 30 тысяч боевиков из 100 стран мира

Спецслужбы предупреждают - в Европе действуют до 80 боевиков ISIS для терактов и вербовки бойцов.

alt

Огурцы и кабачки – из Турции и Иордании

Причина - ночные заморозки последних дней нанесли изрядный вред урожаю...

декабрь
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
 
 
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31

Израильский газ: возможности и добыча, интересы и конфликты

В начале 90-х на шельфе Средиземного моря, в районе Ашкелона и Сектора Газа, было обнаружено крупное...